Можно ли отменить штраф, назначенный Арбитражным судом за контрафакт?

Особенности борьбы с контрафактом, или Как защитить свой товарный знак?

Можно ли отменить штраф,  назначенный Арбитражным судом за контрафакт?

Контрафакт сегодня становится все более серьезной проблемой, затрагивая интересы не только бизнеса, но и общества.

По словам начальника отдела анализа и формирования государственной политики в сфере противодействия незаконному обороту промышленной продукции Департамента развития внутренней торговли, легкой промышленности и потребительского рынка Минпромторга России Ларисы Тузиковой, точной официальной статистики по контрафакту не существует – это следствие латентного характера подобных нарушений. Однако проблема носит устрашающий характер, а наносимый ущерб может исчисляться миллионами и даже миллиардами рублей. Об этом она заявила в конце мая на конференции Франко-российской торгово-промышленной палаты.

Потребители, приобретая товары более низкого качества, нередко рискуют не только своими деньгами, но и здоровьем, особенно если речь идет о контрафакте в сфере фармацевтики, парфюмерии, алкоголя и продуктов питания.

Государство, в свою очередь, сталкивается со снижением поступающих в бюджет налогов, тогда как расходы на контроль в данной сфере, напротив, требуют дополнительных финансовых вливаний.

Сами же правообладатели терпят финансовые убытки за счет неполученной прибыли и несут репутационные риски.

О том, в каких случаях и в каком порядке полицией может проводиться проверочная закупка контрафактной продукции, узнайте в материале “Проверочная закупка” в Энциклопедии решений интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!

Получить доступ

В настоящий момент основная нагрузка при борьбе с контрафактом ложится именно на плечи правообладателей. Однако, по мнению партнера Адвокатского бюро “Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры” Дениса Архипова, взваливать эту проблему только на них неправильно.

Так, советник международной юридической фирмы Baker&McKenzie Дарья Ермолина настаивает на необходимости создания в структуре МВД отдельного подразделения по борьбе с контрафактом.

Подобную инициативу поддерживает член Совета Федерации, Президент Международной ассоциации “Антиконтрафакт” Асламбек Аслаханов. Но, по его словам, в ближайшее время такая реформа вряд ли будет проведена.

А это значит, что правообладателям, как и прежде, предстоит рассчитывать в первую очередь на себя и самостоятельно отстаивать свои нарушенные права.

С какими сложностями они могут при этом столкнуться рассмотрим на примере борьбы с контрафактом в сфере товарных знаков.

Напомним, что контрафактным является товар, на этикетке и/или упаковке которого незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение (п. 1 ст. 1515 ГК РФ).

Не секрет, что многие нарушители стремятся воспользоваться репутацией известных брендов в целях извлечения тех или иных преимуществ. За подобное нарушение законом предусмотрена гражданская , административная и уголовная ответственность.

МНЕНИЕ

Дарья Ермолина, советник международной юридической фирмы Baker&McKenzie:

“Правообладатель по своей инициативе может прибегнуть к любой из предусмотренных законом процедур или даже к нескольким из них – применение тех или иных правовых мер зависит от обстоятельств дела.

Выбор конкретной правовой процедуры, как правило, зависит от тех целей, которые он перед собой ставит (конфискация контрафакта, выплата компенсации, получение судебного запрета на использование товарных знаков в дальнейшем и т. д.)”.

Возбуждение административного или уголовного дела

Составлять протоколы о правонарушениях, связанных с незаконным использованием чужого товарного знака и подавать в суд заявления о привлечении нарушителей к ответственности вправе сотрудники полиции, ФТС России и Роспотребнадзора (п. 1, п. 12, п. 63 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ).

Но чаще всего подобные административные дела возбуждается именно полицией – основанием для этого становится поданное правообладателем заявление. При рассмотрении этого заявления проверяется наличие признаков состава административного правонарушения или уголовного преступления.

Уголовное дело возбуждается в том случае, если нарушение было совершено неоднократно либо причинило крупный ущерб – свыше 250 тыс. руб. (ч. 1 ст. 180 УК РФ).

“На практике правоохранительные органы возбуждают уголовные дела, как правило, только после получения от правообладателя соответствующего подтверждения о том, что ущерб, причиненный ему от введения в гражданский оборот контрафактной продукции, превышает указанную сумму”, – комментирует Дарья Ермолина.

Несмотря на наличие двух оснований для возбуждения уголовного дела, сотрудники правоохранительных органов, добавляет она, руководствуются, как правило, именно критерием наличия крупного ущерба.

МНЕНИЕ

Дмитрий Грачёв, юрист международной юридической фирмы Baker & McKenzie:

“В рамках возбужденного уголовного или административного дела правоохранительными органами могут быть приняты эффективные и оперативные меры по изъятию контрафактного товара из гражданского оборота.

Подобное изъятие может быть осуществлено со склада или из иных помещений нарушителей в ходе полицейских рейдов и процессуально оформлено протоколом изъятия вещей и документов.

Изъятые контрафактные товары приобретают статус вещественных доказательств и хранятся до момента вынесения судом окончательного судебного акта по делу, после чего могут быть конфискованы и уничтожены”.

Таким образом, обращение правообладателя с соответствующим заявлением в правоохранительные органы вполне может считаться наиболее эффективным инструментом борьбы с контрафактом.

Но, как отмечает Дмитрий Грачёв, на практике довольно сложно добиться возбуждения административных или уголовных дел со стороны полиции.

Причиной тому, по его мнению, является вызванное реформированием правоохранительных отсутствие профильного подразделения и большого штата компетентных в этой области сотрудников.

Таможенное регулирование

Еще одним способом пресечения незаконной деятельности нарушителей является регулирование со стороны таможенных органов.

Но для этого товары должны быть по заявлению правообладателя включены в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности (ТРОИС). Только в этом случае сотрудники ФТС России обязаны принимать меры по защите прав на эти объекты (п.

2 ст. 305 Федерального закона от 27 ноября 2010 г. № 311-ФЗ “О таможенном регулировании в Российской Федерации”).

Однако, как отмечает директор Департамента Корпоративного и коммерческого права Юридической фирмы GRATA International Яна Дианова, ведомство нередко отказывает во включении товарного знака в ТРОИС, если правообладателем не представлена достоверная и достаточная информация о реальном нарушении его прав при таможенном оформлении товара.

Например, если в заявлении или прилагаемых к нему документах нет описания товаров, обладающих признаками контрафактных (постановление ФАС Московского округа от 22 апреля 2014 г. по делу № А40-125620/13, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 февраля 2014 г. № 09АП-46624/2013).

“Это означает, что правообладатель лишается возможности обеспечить защиту своих товарных знаков таможенными органами в превентивном порядке до того, как контрафактный товар будет ввезен на территорию России. В настоящее время данная проблема не может быть устранена, поскольку для этого потребуется внести изменения не только в российское законодательство, но и в ст.

3 Соглашения о Едином таможенном реестре объектов интеллектуальной собственности государств-членов Таможенного Союза”, – заключает она.

Антимонопольное регулирование

Не менее эффективным методом борьбы с контрафактом является принятие мер со стороны ФАС России. Однако в отличие от полиции и ФТС России сотрудники этого ведомства рассматривают дела, связанные с недобросовестной конкуренцией, выразившейся во введении в оборот товара с незаконным использованием товарного знака.

О том, что соответствующие действия являются именно актом недобросовестной конкуренции, может свидетельствовать их направленность на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, а также большой объем реализуемой продукции.

Яна Дианова обращает внимание на то, что помимо факта совершения действий по введению нарушителем в оборот спорных товаров, правообладатель должен также доказать, что такие действия совершаются именно конкурентом и причинили/могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам либо нанесли/могут нанести вред их деловой репутации. При этом, добавляет она, для квалификации действий хозяйствующих субъектов как недобросовестной конкуренции не требуется реального причинения убытков или нанесения вреда деловой репутации, а достаточно самой опасности такого причинения вреда (постановление СИП от 21 марта 2016 г. № С01-15/2016).

Обращение с гражданским иском в суд

Наиболее распространенным способом защиты прав на товарный знак является обращение в суд с требованием привлечь нарушителя к гражданско-правовой ответственности. При этом правообладатель может просить суд как запретить незаконное использование товарного знака, так и обязать ответчика возместить ему понесенные убытки и заявить иные требования (п. 1 ст. 1252 ГК РФ).

“Если административная ответственность за введение в оборот контрафактных товаров призвана, прежде всего, наказать нарушителя в целях предотвращения совершения аналогичных правонарушений, то средства защиты, предусмотренные ГК РФ, направлены также на компенсацию имущественных и репутационных потерь, которые может нести правообладатель”, – замечает Яна Дианова.

При этом правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации:

  • или в размере от 10 тыс. до 5 млн руб., определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;
  • или в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак;
  • или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая обычно взимается при сравнимых обстоятельствах (п. 4 ст. 1515 ГК РФ).

Для правообладателя взыскание компенсации за нарушение права на товарный знак, подчеркивает Дианова, является более простым в реализации средством правовой защиты, чем взыскание убытков, поскольку в этом случае ему необходимо доказать только факт нарушения, но не размер понесенных убытков (п. 43.2 Постановления Пленума ВС РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26 марта 2009; далее – Постановление № 5/29).

Вместе с тем стоит иметь в виду, что суд вправе взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием (п. 43.3 Постановления №5 /29). Поэтому, чем более исчерпывающе правообладатель обоснует размер компенсации, советует Дарья Ермолина, тем меньше вероятность того, что истребуемая сумма, будет снижена судом.

При этом истец может ссылаться на характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений и др.

Но наиболее эффективным средством обоснования компенсации, добавляет эксперт, является предоставление правообладателем документального расчета размера компенсации со ссылкой на товарно-распорядительные и платежные документы, подтверждающие количество и стоимость контрафактного товара, введенного в оборот нарушителем.

Это может быть как определенная договором стоимость контрафактного товара, так и его цена, указанная в таможенной декларации, товарно-кассовых чеках, счетах на поставку товара и др. (Постановление Президиума ВАС РФ от 26 июня 2012 г. № 498/12).

МНЕНИЕ

Яна Дианова, директор Департамента Корпоративного и коммерческого права Юридической фирмы GRATA International:

“При предъявлении требований к нарушителям прав на товарные знаки следует совмещать в исковом заявлении несколько требований: о запрете ввоза и реализации на территории России контрафактных товаров, об изъятии контрафактных товаров и уничтожении за счет нарушителя, а также о взыскании компенсации (с тем, чтобы не тратить время для предъявления раздельных исков).

Кроме того, при определении размера компенсации, указываемого в исковом заявлении, необходимо руководствоваться разъяснениями и правовыми позициями высших судебных инстанций, в частности, исходить из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя, но не его неосновательного обогащения, и обеспечить наличие документов, подтверждающих размер убытков”.

Подводя итог, можно сделать вывод о том, что несмотря на обозначенную экспертами проблему в подходе правоохранительных органов к борьбе с контрафактом, в целом, российское законодательство предоставляет правообладателям достаточные правовые инструменты для защиты своих нарушенных прав с учетом особенностей каждого конкретного дела. 

Источник: http://www.garant.ru/article/757499/

Суд по интеллектуальным правам

Можно ли отменить штраф,  назначенный Арбитражным судом за контрафакт?

Дело о компенсации, которую российское подразделение Metro Сash & Сarry должно было заплатить за продажу контрафактных курток, растянулось на годы. Правообладатель заявил о притязаниях на 29 млн руб., но сначала его требования удовлетворили на 300 000 руб., а потом и вовсе отказали, потому что он не обосновал сумму претензии.

Однако ВАС отправил спор на новое рассмотрение. Теперь суды удовлетворили иск правообладателя в полном размере, но когда дело дошло до СИП, он вступился за ритейлера. Два раза СИП спускал дело на новое рассмотрение в 9-й ААС, наказывая проверить разумность и обоснованность претензии, но апелляция шла наперекор.

Два суда не сошлись и во взгляде на роль нидерландского поставщика, который снабжал “МЕТРО” контрафактом.

Тяжба между ООО “ЕвроИмп”, обладателем права на бренд Bergland в России по 25-му классу МКТУ по товарам и 35-му по услугам (одежда и продвижение), и российским подразделением мелкооптового ритейлера Metro Сash & Сarry началась после того, как в 2009 году представители “ЕвроИмпа” купили в одном из супермаркетов за 13 083 рубля пару кожаных курток, маркированных товарным знаком Bergland. При этом ни продавец, ни изготовитель одежды (фирма в Пакистане) не получали от правообладателя разрешения использовать это обозначение.

Юристы “ЕвроИмпа” посчитали, что ООО “МЕТРО Кэш энд Керри” продает контрафакт, и обратились к нему в Арбитражный суд г. Москвы с требованием запретить нарушать интеллектуальные права и уничтожить товары, маркированные знаком Bergland (дело А40-131807/09-110-923). Иск был полностью удовлетворен в январе 2010 года.

А спустя год “ЕвроИмп” решил взыскать с “МЕТРО” компенсацию за незаконное использование товарного знака путем продажи контрафакта в размере 5 млн руб. – это максимальный штраф в твердой сумме согласно пп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ (дело А40-3785/11-12-33). Однако позже истец уточнил сумму иска и потребовал 753 648 евро (29,3 млн руб.

по тогдашнему курсу). Он сослался на договор поставки от 17 июня 2008 года, по которому ответчик покупал куртки Bergland у нидерландской Arma Leder B. V., и инвойсы на общую сумму 376 824 евро. Правообладатель рассчитал компенсацию, умножив эту цифру на два в соответствии с пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

Ответчик против удовлетворения этого иска возражал.

Судья Арбитражного суда Москвы Андрей Чадов пришел к выводу, что требования истца обоснованы, а факт нарушения авторских прав подтверждается решением по предыдущему делу. Но заявленную компенсацию он счел “необоснованной и несоразмерной последствиям” и на этом основании 24 мая 2011 года уменьшил ее почти в сто раз – до 300 000 рублей.

В августе2011 года 9-й ААС рассмотрел жалобу “ЕвроИмпа”, который просил удовлетворить его требования в полном объеме.

На этом этапе истец приобщил к делу грузовые таможенные декларации, которые подтверждают ввоз контрафактной одежды на 419 096 евро (данная сумма сумма немного превышает ту, что в инвойсах).

Эти документы истец получил от пристава, исполнявшего решение 2010 года об уничтожении контрафакта.

Апелляция признала, что ст. 1515 ГК не давала права судье АСГМ Чадову произвольно уменьшать компенсацию. Но в остальном тройка судей встала на сторону ответчика.

Они решили, что по документам нельзя определить стоимость курток со знаком Bergland, потому что не все инвойсы подписаны, а согласно таможенным декларациям, ответчик ввозил одежду не одной, а двух торговых марок.

К тому же, добавила апелляция, “ЕвроИмп” не доказал, что в данном случае таможенная стоимость равняется цене товара. В ноябре 2011 года Арбитражный суд Московского округа согласился с 9-м ААС.

Президиум Высшего арбитражного суда под председательством Антона Иванова рассмотрел жалобу “ЕвроИмпа” 26 июня 2012 года.

В ходе этого заседания представитель “МЕТРО”, адвокат Константин Суворов из адвокатского бюро “КИАП”, назвал “ЕвроИмп” “классическим троллем, который первоначально совершил поставку и затем только вел судебные процессы”.

Но ВАС, оценив доводы сторон, нашел основания для отмены всех предыдущих актов по делу и его отправки на новое рассмотрение.

В своем постановлении № 498/12 Президиум согласился с апелляцией и кассацией о невозможности уменьшения компенсации по усмотрению суда, но возразил им, что таможенные декларации подтверждают и количество, и стоимость контрафакта. “Если нарушитель исключительных прав не согласен с размером требований, он обязан подтвердить необоснованность расчета,” – так Президиум распределил бремя доказывания. Помимо этого, ВАС указал на то, что сумма иска должна быть заявлена в рублях, а не в евро.

Дело было отправлено на повторное рассмотрение Чадову из АСГМ.Истец теперь претендовал на 30,2 млн руб. Юристы “ЕвроИмпа” получили эту цифру, умножив на два сумму в инвойсах, переведенную в рубли по курсу на дату ввоза. И эти требования Чадов полностью удовлетворил.

При этом он отклонил доводы ответчика о том, что продукция не была контрафактной, а истец злоупотребляет своими правами, желая нанести материальный ущерб оппоненту. Чадов, напротив, нашел в действиях ритейлера вину в форме неосторожности.

“Ответчик, действуя разумно, имел возможность получения прав на использование товарного знака”, – написано в решении суда от 11 декабря 2012 года.

Тем временем, “ЕвроИмп” инициировал еще один процесс о взыскании компенсации за ввоз контрафакта со знаком Bergland – на этот раз в отношении поставщика товаров Arma Leder B.V. (дело А40-107159/11). 9-й ААС присудил истцу 30,2 млн руб. 1 апреля 2013 года.

В этом же месяце “МЕТРО Кэш энд Керри” решило бороться с проблемой в корне: ритейлер подал возражения в Роспатент о снятии правовой охраны со спорного товарного знака. Госорган удовлетворил требование ритейлера, однако “ЕвроИмп” успешно обжаловал решение Роспатента в Суде по интеллектуальным правам (дело СИП-161/2013), который оставил в силе охрану обозначения Bergland.

После вынесения этого решения возобновился процесс по делу “ЕвроИмпа” и “МЕТРО Кэш энд Керри” о взыскании компенсации. Теперь 9 ААС рассматривал жалобу ответчика на второе решение Чадова, которым он полностью удовлетворил требования истца. На этом этапе в дело было привлечено третье лицо – Arma Leder B.V.

– впрочем, в рассмотрении дела оно не участвовало. А ритейлер выдвинул новое возражение: он настаивал на том, что его нельзя принудить платить 30,2 млн руб., поскольку эту компенсацию уже должна перечислить Arma Leder B.V. по делу о ввозе этого же контрафакта.

Также ответчик настаивал на том, что у него солидарная ответственность с нидерландской фирмой. 

Судьи 9-го ААС отклонили эти доводы. Они заметили, что действия двух нарушителей являются разными: в одном случае это ввоз контрафакта, а в другом – его продажа, поэтому взаимосвязи между ними нет, как нет и солидарной ответственности.

17 марта 2014 года апелляция по сути согласилась с первой инстанцией, а ее решение отменила только потому, что в дело не было привлечено третье лицо.

В апреле 2014 года “ЕвроИмп”, наконец, получил от проигравшей стороны сумму компенсации, а позже запустил процедуру собственной ликвидации ( с 17 сентября 2014 года, согласно ЕГРЮЛ).

Но “МЕТРО Кэш энд Керри” не сложило оружия и обжаловало уже исполненное постановление апелляции в Суде по интеллектуальным правам. Ритейлер указал на недоказанность факта маркировки всей ввезенной партии знаком Bergland, а также на необходимость снижения компенсации до минимального размера в 10 000 руб.

ввиду того, что истец не хотел привлекать в настоящий процесс солидарного ответчика – Arma Leder B.V.

28 мая 2014 года СИП отправил дело на новое рассмотрение, найдя в акте апелляции недостатки: во-первых, следовало все-таки учесть правонарушение нидерландской фирмы и назначенное ей наказание, а во-вторых, нужно было указать мотивы, которыми руководствовался суд при определении размера компенсации в 30,2 млн руб.

15 октября 2014 года 9-й ААС заново рассмотрел дело, направленное ему Судом по интеллектуальным правам.

К этому времени “ЕвроИмп” собрал новые документы, чтобы доказать невозможность исполнения судебного решения в отношении Arma Leder B.V.

Среди них был ответ службы приставов, в котором говорилось о том, между РФ и Нидерландами нет международного договора, который бы предусматривал взаимное признание и исполнение судебных решений.

Снова оценив все обстоятельства дела, апелляция даже с учетом замечаний СИПа не нашла оснований для снижения размера компенсации.

Она отметила, что таможенные декларации вполне позволяют судить о количестве товара, маркированного знаком Bergland, а ответчик ничем не обосновал необходимость уменьшения взыскиваемой суммы. Что касается Arma Leder B.V.

, то здесь тройка судей апелляции пришла к выводу, что вынесение судом решения в отношении нидерландской компании еще не означает восстановления прав “ЕвроИмпа” из-за отсутствия международного договора.

“МЕТРО Кэш энд Керри” снова пожаловалось в Суд по интеллектуальным правам на то, что 9-й ААС не исполнил указания СИПа и допустил взыскание с разных лиц компенсации в размере двойной цены одних и тех же товаров, то есть выше предела, установленного подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

Ритейлер увидел в этом злоупотребление правом и попросил снизить компенсацию до 26 078 рублей – это двукратная стоимость двух курток. Реализацию других товаров, по мнению ответчика, “ЕвроИмп” так и не доказал. Также, по мнению юристов “МЕТРО Кэш энд Керри”, истец имеет возможность взыскать компенсацию с Arma Leder B.V.

: международного договора нет, но, тем не менее, существует процедура признания и исполнения акта российского суда на основании принципа взаимности.

В ходе рассмотрения жалобы ритейлера в СИПе юристы “ЕвроИмпа” возразили, что даже не пытались привести в исполнение решение, потому для этого нужно было бы понести большие расходы при сомнительной перспективе взыскания денег с Arma Leder B.V. 

11 февраля 2015 года СИП опять прислушался к доводам ответчика и во второй раз отправил дело на новое рассмотрение в 9-й ААС. Кассация повторила единожды данные наставления, сделав упор на то, что размер компенсации должен быть разумным и справедливым.

А неисполнение решения в отношении Arma Leder B.V. судьи СИПа назвали следствием “субъективного бездействия” “ЕвроИмпа”, а не объективной невозможности взыскать деньги с нидерландской фирмы.

А спустя месяц после принятия постановления СИП ликвидатор “ЕвроИмпа” подал в суд заявление о его банкротстве (А40-16501/15).

И вот 7 апреля 9-й ААС в составе Вадима Валиева, Дины Садиковой и Натальи Лаврецкой снова начал рассматривать дело. Представитель “ЕвроИмпа” Анна Киндеева (коллегия адвокатов “Минеев и партнеры”) опровергала обвинения кассации в субъективном бездействии.

“Мы отправляли запрос голландским юристам, которые ответили нам, что автоматического признания решения не будет, подобной практики нет. Они сообщили, что суд Нидерландов будет заново рассматривать дело, и исход спора неясен”.

По словам Киндеевой, судебное разбирательство в голландском суде первой инстанции обойдется “ЕвроИмпу” минимум в 49 000 евро, и это при том, что организация вступила в процесс банкротства.

Представитель ритейлера, адвокат Суворов, возражал, что необходимость потратиться на ведение процесса не является объективным препятствием для защиты истцом своих прав в голландском суде. “Судебные разбирательства требуют денег в любой стране, – говорил Суворов.

– Названная сумма в валюте равна где-то 3 млн руб, мы же им год назад перечисляли 30.” Как считает адвокат, “ЕвроИмп” с 2008 года не занимается предпринимательской деятельностью.

По его мнению, взысканная сумма не была использована как оборотный капитал, а “куда-то делась”.

Судьи апелляции решили отложить слушание дела, и оно возобновилось 14 апреля.

После перерыва судья Валиев выяснил у Киндеевой, выполнило ли “МЕТРО” решение 2010 года, которым его обязали ликвидировать контрафакт.

Юрист “ЕвроИмпа” поведала, что исполнительное производство продолжается до сих пор, потому что пристав не верит доказательствам, которыми должник подтверждает уничтожение партии одежды.

Напоследок Киндеева сказала, что видит в поведении ритейлера прямой умысел, который был направлен на получение выгоды от реализации контрафакта.

Адвокат Суворов возразил ей, что доказана продажа всего двух курток, значит, компенсация должна составлять их двойную стоимость.

А если истец хочет наказать ответчика за незаконный ввоз товара – то здесь наступает солидарная ответственность с иностранным поставщиком.

Но аргументы истца, видимо, показались более весомыми тройке апелляции, потому что она постановила взыскать с “МЕТРО Кэш энд Керри” всю сумму, заявленную истцом – 30,2 млн руб. “Если ответчик опять напишет жалобу, то мы обратимся в Верховный суд”, – сказала после заседания Киндеева.

Источник: http://ipc.arbitr.ru/node/13677

Даже если контрафактные экземпляры были получены продавцом от третьих лиц, это не свидетельствует об отсутствии его вины

Можно ли отменить штраф,  назначенный Арбитражным судом за контрафакт?

Общество является обладателем исключительного права на анимационный сериал, а также правообладателем нескольких товарных знаков на его персонажи.

5 марта 2014 года представитель Общества посетил торговую точку, в которой осуществляли предпринимательскую деятельность ИП Р. и ИП В. Первая продавала текстильные и галантерейные изделия, а вторая – игрушки. Но поскольку на тот момент В.

отсутствовала, после выбора покупателем товара-игрушки и его просьбы выдать товарный чек Р. выдала ему товар и чек со своей печатью.

Проданный товар был сходен с принадлежащими Обществу товарными знаками и персонажами, поэтому оно обратилось в арбитражный суд с иском к Р.

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, а также компенсации за нарушение исключительного авторского права на персонажи аудиовизуального произведения.

Факт незаконной продажи истец подтвердил оригиналом товарного чека, диском, содержащим видеозапись момента реализации Р. контрафактного товара, а также образцом спорного товара.

Суд, с одной стороны, подтвердил факт продажи Р. спорного товара, а также его контрафактность, а, с другой, признал факт нарушения исключительных прав Общества именно Р. недоказанным.

Проданный товар, пояснил суд, ответчику не принадлежал, торговлю игрушками она не осуществляла, не занималась их закупкой у третьих лиц и не предлагала к продаже.

С учетом этого в иске Обществу было отказано (решение Арбитражного суда Республики Мордовия от 19 октября 2016 г. по делу № А39-2685/2016).

Истец обжаловал решение суда первой инстанции, но апелляция оставила его без изменения (постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28 марта 2017 г. № 01АП-9728/16).

Не согласившись с этим, Общество обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просил отменить акты нижестоящих судов. При этом истец отметил, что выданный Р.

товарный чек содержит все необходимые реквизиты, подтверждающие факт купли-продажи, а также позволяющие идентифицировать продавца, с которым была совершена сделка (ст. 493 Гражданского кодекса). Он также добавил, что Р.

не отрицала ни факт реализации спорного товара, ни факт выдачи товарного чека со своей печатью в подтверждение покупки. Все это, по мнению Общества, подтверждало нарушение ответчиком его исключительных прав.

Выслушав доводы истца, СИП нашел их справедливыми (постановление СИП от 17 августа 2017 г. № С01-534/2017).

Отказывая в удовлетворении заявленных Обществом требований, суды, пояснил СИП, исходили из того, что Р., реализовав спорный товар, действовала не в своем, а в чужом интересе – следовательно, исключительных прав Общества она не нарушала. Такой вывод Суд признал неправомерным по следующим основаниям.

По общему правилу, договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара (ст. 493 ГК РФ). И Р. выдала покупателю чек от своего имени и со своей печатью.

СИП также напомнил, что действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав – и сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего (п. 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13 декабря 2007 г.

№ 122 “Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности”). Таким образом, независимо от того, где и при каких обстоятельствах Р. получила реализованный ею товар (будь то закупка у иных лиц или безвозмездное изъятие у В.

), ее действия по реализации игрушки образуют самостоятельное нарушение исключительных прав, подчеркнул Суд.

Помимо этого, он обратил внимание на отсутствие каких-либо договорных отношений между Р. и В., например договора поручения, агентирования и т. д., на основании которых стороной продавца в заключенном договоре розничной купли-продажи можно было бы признать не ответчика, а В.

Вместе с тем, добавил СИП, не были установлены и те обстоятельства, при которых лицо, действующее в чужом интересе без поручения, может быть освобождено от ответственности за вред, причиненный иным лицам, либо при которых ответственность за вред может быть переложена на лицо, в чьих интересах были осуществлены действия без поручения (гл. 50, ст. 1067 ГК РФ).

В сфере предпринимательской деятельности, указал Суд, обстоятельством, освобождающим от ответственности, является лишь воздействие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (ст. 401 ГК РФ, п. 23 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 26 марта 2009 г.

№ 5/29 “О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации”).

С учетом этого СИП удовлетворил кассационную жалобу Общества и отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции для определения размера положенной истцу компенсации. 

Источник: http://www.garant.ru/news/1134500/

Жилищный вопрос
Добавить комментарий