Какова ответственность организаторов и игроков за использование оружия в игре, а также за причинение вреда здоровью и имуществу?

Уголовная ответственность за неправомерное применение сотрудниками полиции физической силы, специальных средств и (или) огнестрельного оружия

Какова ответственность организаторов и игроков за использование оружия в игре, а также за причинение вреда здоровью и имуществу?

Применение специальных мер воздействия должно осуществляться на основе четкой правовой регламентации и в строгом соответствии с законом.
На практике в определенных случаях возникают вопросы уголовно-правовой квалификации неправомерного применения сотрудниками физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Закон «О полиции»), полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и для обес­печения общественной безопасности.

Для выполнения стоящих перед сотрудниками полиции задач они наделены правом применения государственного принуждения, осуществляемого от имени государства.

Применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия является достаточно распространенным средством принуждения, применяемым сотрудниками полиции для защиты личности, интересов общества и государства от противоправных посягательств.

С одной стороны, при их применении сотрудники полиции глубоко вторгаются в сферу основных, закрепленных Конституцией Российской Федерации прав граждан, т.к. это сопряжено с высоким риском наступления тяжких и необратимых последствий, вплоть до лишения человека жизни.

С другой стороны, это действенные средства защиты законных интересов правопослушных граждан и сотрудников органов внутренних дел от общественно опасных посягательств со стороны лиц, сознательно и грубо нарушающих закон. Поэтому применение данных мер воздействия должно осуществляться на основе четкой правовой регламентации и в строгом соответствии с законом. Несоблюдение сотрудниками полиции соответствующих нормативных правовых предписаний в ряде случаев может повлечь уголовную ответственность.

Как свидетельствует судебная практика, в преимущественном большинстве случаев применению подлежит ч. 3 ст. 286 УК РФ, предусматривающая ответственность за превышение должностных полномочий, совершенное:

– с применением насилия или с угрозой его применения (п. «а»);

– с применением оружия или специальных средств (п. «б»);

– с причинением тяжких последствий (п. «в»).

В соответствии с диспозицией ст. 286 УК РФ под превышением должностных полномочий понимается совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 г. № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» к случаям превышения лицом своих должностных полномочий в том числе относит совершение им при исполнении служебных обязанностей действий, которые:

– могут быть совершены только при наличии особых обстоятельств, указанных в законе или подзаконном акте (например, применение физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия, где отсутствовали правовые основания для этого);

– никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать (например, нанесение побоев или причинение вреда здоровью задержанному лицу). Данная форма превышения может составлять самостоятельную форму только при условии, что оно допущено в момент наличия властных отношений между сотрудником полиции и потерпевшим.

При решении вопроса о том, совершило ли должностное лицо действия, которые явно выходят за пределы его полномочий, необходимо в первую очередь определить эти пределы, т.е. установить объем предоставленных лицу прав и обязанностей, которые закрепляются в различных нормативных правовых и иных актах. В п.

22 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по этому поводу отмечается, что при рассмотрении уголовного дела о превышении лицом должностных полномочий необходимо выяснить, какими нормативными правовыми актами, а также иными документами установлены права и обязанности этого должностного лица, с приведением их в приговоре и указывать, превышение каких из этих прав и обязанностей вменяется ему в вину, со ссылкой на конкретные нормы (статью, часть, пункт).

Кроме того, применительно к п. «б» ч. 3 ст.

286 УК РФ Пленум Верховного Суда Российской Федерации указывает, что отграничивая превышение должностных полномочий, совершенное с применением оружия, специальных средств от правомерных действий должностных лиц, следует учитывать, что основания, условия и пределы применения специальных средств и огнестрельного оружия определены в соответствующих нормативных правовых актах Российской Федерации (например, в законе «О полиции»).

Превышение должностных полномочий имеет место только в том случае, когда совершаемые лицом неправомерные действия связаны с осуществлением им своей служебной деятельности, когда в отношениях с потерпевшими лицами сотрудник полиции выступает именно как должностное (официальное) лицо.

В иных случаях он может нести ответственность по другим статьям УК РФ, но не за должностное преступление.

Так, например, сотрудник полиции, незаконно применивший вверенные ему специальные средства или огнестрельное оружие в конфликте, который возник на почве личных неприязненных отношений, вне какой-либо связи с возложенными на него служебными обязанностями, несет уголовную ответственность на общих основаниях в зависимости от причиненного вреда – по ст. 116 УК РФ «Побои», ст. 115 УК РФ «Умышленное причинение легкого вреда здоровью», ст. 112 УК РФ «Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью», ст. 111 УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью», ст. 105 УК РФ «Убийство».

Следует отметить, что не во всех случаях неправомерного применения сотрудниками полиции физической силы и (или) специальных средств подлежит применению ст. 286 УК РФ.

Если превышение должностным лицом своих полномочий было выражено в принуждении к даче показаний со стороны следователя или лица, производящего дознание, а равно другого лица с ведома или молчаливого согласия следователя или лица, производящего дознание, соединенном с применением насилия, издевательств или пытки, вменяется норма об ответственности за принуждение к даче показаний (ст. 302 УК РФ).

В то же время ст. 286 УК РФ в ряде случаев является специальной нормой по отношению к нормам, имеющим общий характер. Например, Президиум Верховного Суда РФ исключил из приговора указание на осуждение лица по п.

«г», «ж» ч. 2 ст. 127 УК РФ, поскольку ответственность за незаконное лишение человека свободы, совершенное должностным лицом, установлена п. «а», «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и дополнительной квалификации по ст.

127 УК РФ не требуется.

https://www.youtube.com/watch?v=3-6O54vswT8

Отдельное внимание следует уделить вопросам уголовно-правовой оценки применения сотрудником полиции физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия в состоянии необходимой обороны, то есть при защите своих интересов или интересов других лиц от общественно опасных посягательств, а также при задержании лица, совершившего преступление.

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 г.

№ 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», на сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих, которые в связи с исполнением своих служебных обязанностей могут принимать участие в пресечении общественно опасных посягательств или в задержании лица, совершившего преступление, распространяются положения ст. 37 и 38 УК РФ, предусматривающие условия правомерности причинения вреда в состоянии необходимой обороны и при задержании лица, совершившего преступление. Причем следует акцентировать внимание на том, что правила вышеуказанных статей УК РФ применяются и в том случае, если сотрудник полиции действует в нарушение требований иных нормативных правовых актов, например, ст. 22 или 23 Закона «О полиции», предусматривающих запреты и ограничения, связанные с применением специальных средств и огнестрельного оружия.

При этом, если в результате превышения пределов необходимой обороны или мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, указанные лица совершат убийство или умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, содеянное ими при наличии соответствующих признаков подлежит квалификации по ст. 108 или 114 УК РФ.

Не влечет уголовной ответственности умышленное причинение посягавшему лицу средней тяжести или легкого вреда здоровью либо нанесение побоев, а также причинение любого вреда по неосторожности, если это явилось следствием действий оборонявшегося лица при отражении общественно опасного посягательства.

Обобщая изложенное, последствия применения сотрудниками полиции физической силы, специальных средств и (или) огнестрельного оружия схематично можно представить в виде таблицы.

Источник: http://ormvd.ru/pubs/102/criminal-liability-for-misuse-by-police-officers-of-physical-force-special-means-and-or-firearms

Виртуальная собственность в онлайн-играх и уголовный закон

Какова ответственность организаторов и игроков за использование оружия в игре, а также за причинение вреда здоровью и имуществу?

В статье «Виртуальная собственность в Интернет-играх с точки зрения права» мною  были рассмотрены виды собственности в онлайн-играх и проведен обзор судебной практики по спорам по этому вопросу.

Оказывается, не только цивилисты могут найти для себя что-то интересное по этой теме, ведь если есть собственность, пусть и виртуальная, то в отношении нее могут быть совершены посягательства, за которыми следует уголовное наказание.

Однако согласно мнению догматиков уголовного права, предметом преступления будет являться вещь, предмет материального мира, которому нанесен вред вследствие противоправных деяний со стороны преступника. Но, например, ст.

238 УК РФ предусматривает ответственность за создание, распространение или использование компьютерных программ либо иной компьютерной информации, заведомо предназначенных для несанкционированного уничтожения, блокирования, модификации, копирования компьютерной информации или нейтрализации средств защиты компьютерной информации.

Это значит, что практика уголовного законодательства складывается таким образом, когда предметом преступления вполне может стать и нечто нематериальное, такое как компьютерная программа.

Что же касается онлайн-игр, то ярким примером площадки, где процветает виртуальный игровой криминал, является Ultima online, одна из самых старых игр подобного рода.

Как и во многих Интернет-играх, пользователь может приобретать для своего персонажа различные бонусы в виде одежды, оружия, дополнительных способностей и т. д.

Но! Правилами игры предусмотрено, что один игрок может украсть у другого игрока понравившуюся ему вещь.

На весьма справедливое возмущение обворованных пользователей руководство игры отвечает, что владельцем вещи является не игрок, а его персонаж, которого, в свою очередь обворовал другой персонаж, тогда как субъектом преступления может выступать только физическое лицо.

Данный аргумент оспорим, потому что с точки зрения отечественного уголовного права виртуальный персонаж-«вор» будет своего рода орудием, с помощью которого совершено деяние.

Это все равно что судить голодного тигра, в клетку которому смотритель зоопарка затолкал своего кровного врага.

Владельцы Ultina-online приводят другой аргумент: дескать в правилах игры четко прописано, что кражи на данной Интернет-площадке разрешены, а это значит, что покупатель меча или доспехов осознавал, что его виртуальное имущество подвергается риску быть украденным, поэтому и речи не может идти о какой-либо ответственности. Более того, создатели игры предлагают пользователю в момент покупки застраховать свое имущество, дабы избежать подобных казусов.

Что-то подсказывает, что если создатели Ultima-online будут ограблены в темном переулке, то они не обрадуются, услышав от правоохранительных органов что-то типа:

-А что вы хотели? Покупая телефон вы знали, что его могут украсть. Да, вы заплатили за него свои деньги, но реальность такова, что в нашей стране есть воры, это предусмотрено правилами жизни.

Кстати, вы же могли застраховать своё имущество на случай подобного исхода событий. Нет, мы ничего не можем сделать. Принимая решение жить в этой реальности вы понимали, что теоретически можете быть ограблены.

В следующий раз будете умнее.

Итак, несмотря на все уверения отцов-основателей Ultima-online, играя в нее вполне можно стать жертвой экономического правонарушения или даже преступления (зависит от того, на какую сумму будет ограблен игрок).

Теперь возникает вопрос применения уголовного и уголовно-процессуального законодательства. УК и УПК РФ действуют строго на территории Российской Федерации. Издателем игры является американская компания Electronic Arts, значит ли это, что территорией совершения деяния будут Соединенные Штаты Америки, и разбираться следует в соответствии с законодательством США?

За 20 лет существования игры, ее серверы появились по всему миру, в том числе действует сервер для русскоговорящих игроков. Но принадлежит этот сервер той же Electronic Arts, которая, в свою очередь, является собственностью граждан США.

Практика показывает, что в подобных случаях вступают в действие нормы международного уголовного права. Даже если игроками были два российских соседа, разбираться им следует, привлекая «международников». Тем более, если виртуальные доспехи были украдены гражданином одной страны, входящей в СНГ у гражданина другой.

Вывод из всего этого такой: пока существуют юристы, то и онлайн-игра может стать площадкой для международного конфликта.

Источник: https://zakon.ru/blog/2017/2/1/virtualnaya_sobstvennost_v_onlajn-igrah_i_ugolovnyj_zakon

Ответственность за причинение вреда: проблемы правоприменения

Какова ответственность организаторов и игроков за использование оружия в игре, а также за причинение вреда здоровью и имуществу?

В настоящее время решение вопросов, связанных с возмещением вреда, причиненного различными субъектами, находится в поле зрения как научных исследователей, так и практиков. Не достигнуто единое мнение относительно правовой природы и содержания ответственности за причинение вреда. Проанализируем судебную практику по данной категории споров.

Деликтная ответственность

Проблемам возмещения вреда в рамках гражданско-правовой ответственности уделялось недостаточно внимания. Различные аспекты ответственности за причинение вреда рассматривались в работах В.М. Болдинова, Т.П. Будяковой, О.В. Дмитриевой и др.

Однако, несмотря на значительное количество научных исследований по указанной теме, не достигнуто единство в отношении определения общих условий наступления деликтной ответственности. Отдельные вопросы по-прежнему остаются неизученными или ответы на них противоречивы.

Это вызывает необходимость комплексного анализа правоприменительного опыта в целях приведения судебной практики к единообразию.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Общими условиями наступления деликтной ответственности являются:

–наличие вреда;

–противоправность действий его причинителя;

–наличие причинно-следственной связи между возникновением вреда и противоправными действиями;

–вина причинителя вреда.

ГК РФ не содержит определения понятия «вреда». Традиционно под вредом в гражданском праве рассматривается всякое умаление личного или имущественного блага. Аналогичное объяснение используется и в судебной практике.

Моральный и имущественный вред

Известно, что причиненный вред подразделяется на материальный (имущественный) и нематериальный (моральный). Моральный вред представляет собой физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ). Согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.

1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), либо нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В свою очередь, имущественный вред, причиненный неправомерным завладением имуществом, – это лишение собственника реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом по своему усмотрению. Для подтверждения данной позиции обратимся к судебной практике.

Так, право собственности считается нарушенным, а имущественный вред признается причиненным собственнику с момента, когда виновное лицо неправомерно завладело имуществом и тем самым лишило собственника реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению (в том числе обеспечивать его сохранность).

С этого же момента следует считать возможным привлечение виновного лица к имущественной ответственности.

Доказательства вины, факта и размера вреда обязательны

Согласно п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.

2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, при рассмотрении споров, связанных с причинением вреда, необходимо учитывать, что потерпевший должен доказать возникновение вреда и его размер, а также то, что ответчик является причинителем вреда или лицом, обязанным его возместить.

Данная позиция подтверждена и на примерах судебной практики. А.С. Пикалов обратился в суд с иском к ФКУ «Военный комиссариат Волгоградской области» и с учетом заявления об уточнении исковых требований просил взыскать в свою пользу с ответчика задолженность по выплате денежной компенсации в счет возмещения вреда здоровью, расходы на оплату услуг представителя и на оформление доверенности.

Разрешая требования о взыскании с ответчика в пользу А.С.

Пикалова имущественного вреда в связи несвоевременной выплатой сумм возмещения вреда здоровью, суд первой инстанции не учел, что по общему правилу возникновения обязательства по возмещению имущественного вреда лицу, право которого нарушено (ст. 1064 ГК РФ), должен устанавливаться факт неправомерного причинения такого вреда, а также и его размер должен быть подтвержден заявителем соответствующими доказательствами.

Ввиду изложенного решение районного суда и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда нельзя признать законными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела.

Без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Источник: https://www.eg-online.ru/article/346698/

Жилищный вопрос
Добавить комментарий